640001, г. Курган, ул. Коли Мяготина, д. 116, стр.1, тел.: 8-3522-26-13-02, kgorkom@mail.ru

Сергей Левченко: «За четыре года сделано больше, чем за предыдущие 15 лет…»

В конце сентября 2015 года наш товарищ, первый секретарь областного комитета КПРФ С.Г. Левченко в ходе досрочных выборов на пост губернатора Иркутской области одержал убедительную победу. С тех пор прошло четыре года…

— Сергей Георгиевич! Давайте мысленно вернёмся в октябрь 2015 года, когда вы приступили к работе в должности губернатора Иркутской области. Разошлись ли ваши ожидания того времени и реальность, которая открылась перед вами в последующем?

 

— Думаю, слишком не разошлись. Здесь жил, живу, работал и депутатом всех уровней, и руководителем регионального партийного отделения… Я обязан был иметь полную достоверную информацию о состоянии дел в области. Я видел тогда, что результаты деятельности предыдущих руководителей, мягко говоря, оставляют желать лучшего. Напомню: область находилась по многим показателям на последних местах в России. Помните, как не могли тогдашние руководители решить такие базовые вопросы в сельском хозяйстве, как обеспечение кормами животных? Как в 2015 году селяне повсеместно с болью в сердце вынуждены были осенью резать скот из-за нехватки кормов?

При этом область была в чемпионах по задолженности по заработной плате, которая достигала 300 миллионов рублей. Власть должна была работникам всех сфер деятельности огромные деньги, которые могла выплатить лишь в течение нескольких лет. Как люди тогда выживали, никому не было интересно. Мы были «в лидерах» по таким болезненным вещам, как наркомания. Я помню, в выборный период 2015 года на видных местах в Иркутске висели баннеры и плакаты: «Сергей Георгиевич, спасите нас от наркомании».

Я всегда болезненно переживал, когда ежегодно на заседании сессий Законодательного собрания Иркутской области «традиционно» резали государственные программы. Сначала депутаты примут бюджет, а потом — режут, режут, режут. Люди на что-то рассчитывали, настраивались выполнить какую-то государственную, полезную для всех программу. Потом проходят три месяца, и её раз — обрезали наполовину, а потом ещё и ещё.

Тогда строители, я эту сферу хорошо знаю, с дрожью в голосе обращались ко мне. Вы знаете, что такое Иркутская область и сколько здесь домостроительных сил собрано, а у строителей нет работы. Им что надо было делать: уходить куда-то в другие сферы, профессии? Некоторым — поздно. Вот такова была реальность. И я брался за то, чтобы нашу область вытащить из пропасти. И те цифры и факты, с которыми я столкнулся уже в должности губернатора, подтвердили то, что я говорил во время выборной кампании, раскрывая реальное положение дел: темнота в бюджетах всех уровней, к сожалению. Помните, был лозунг: «Бюджету области — чистоту и прозрачность Байкала»?

Сегодня могу сказать с гордостью: мы имеем самый прозрачный бюджет в стране. Это признано министерством финансов России. Нельзя, работая в должности руководителя региона, допускать, чтобы бюджет был известен нескольким человекам в правительстве и депутатам. Как только мы прозрачность навели, бюджет увеличился с 97 миллиардов до 213 миллиардов. Вот он, результат, когда становится всё людям понятно.

— У вас две ипостаси: первый секретарь Иркутского обкома КПРФ и губернатор области. Насколько удачно, на ваш взгляд, оказалось такое совмещение: двойная нагрузка и двойная ответственность?

— Вы знаете, у меня есть большое чувство вины перед моими партийными товарищами, что я гораздо меньше стал уделять времени партии. Если уж говорить прямо, многое я просто переложил на плечи секретариата и бюро обкома КПРФ, на актив. Если раньше старался вникать во все вопросы, проблемы, формулировать задачи, то сегодня, к сожалению, такой возможности по времени просто нет.

Я скажу откровенно: у меня был выбор, когда меня избрали губернатором, и принял решение: надо полностью войти в работу и доказать, что люди правильно поступили, отдав за меня голоса. И я тогда считал, что представитель КПРФ имеет полную возможность достигать результатов гораздо лучших, чем представитель правящей в стране партии. Дело в том, что надо было засучить рукава и отдавать себя всего работе. Либо я должен был остаться политиком, первым секретарём, в большей степени переложить на правительство, на министерства все дела, а самому быть чистым, что ли, политиком. Я сделал выбор в пользу того, чтобы всё-таки доказать, что можно добиваться результатов даже в сегодняшнее время, в нашей стране и даже будучи представителем оппозиции. И я сейчас не жалею, что принял такое решение, по крайней мере, четырёхлетний результат работы — тому свидетельство…

Вот мы сегодня приходим к выводу, что по многим направлениям за четыре года сделано больше, чем за предыдущие 15 лет. Поэтому сегодня мы вместе можем открыто и честно смотреть в глаза избирателям, народу Иркутской области и сказать: мы вас не подвели. Результаты в несколько раз лучше, чем у предыдущих руководителей области. А ведь скептики и оппоненты всё время людям говорили, что если они изберут представителя оппозиции, то и Москва денег давать не будет, и он всё завалит; что он лишь политик и умеет только говорить и критиковать ...

Мы работать умеем. Поэтому, наверное, если возвращаться к смыслу вопроса, увы, не очень удаётся совмещать, как вы сказали, «две ипостаси»…

— Удалось ли вам создать в правительстве Иркутской области коллектив единомышленников, способных решать сложные задачи социально-экономического развития Прибайкалья? Были ли разочарования в назначенных вами кадрах в региональное правительство?

— Разочарования были. И если окунуться в эту четырёхлетнюю историю, то, конечно, были переназначения руководителей ведомств, министерств. Это во многом связано с тем, что надежды, которые я возлагал на людей, не оправдывались. Но если вы посчитаете, сколько таких замен за четыре года было, имея в виду громадное количество министерств, ведомств, служб разных, то увидите, что это минимум и он гораздо меньший, если сравнивать с любым предыдущим губернатором. За исключением Ножикова: тогда кадры более-менее держались, но он, как помним, из председателя облисполкома шагнул в губернаторы и команду набирал несколько лет и опробовал их, а у всех других губернаторов текучесть была гораздо больше, чем у меня. Поэтому, конечно, у меня не оправдавшиеся надежды есть, но они, по большому счёту, не настолько велики, чтобы можно было в этом видеть какую-то проблему.

В итоге сложилась команда, которая нацелена на результаты. И вот смотрите: прежняя команда управляла бюджетом в 97 миллиардов рублей, а сейчас — в 213 миллиардов рублей. То же число людей, мы же не увеличили ни на одного человека. Мало того, даже уменьшили — я определённые сокращения провёл.

Приведу пример. Вот, скажем, строительство: мы увеличили в два с половиной раза объём строительных работ в области. Но тогда 5 миллиардов рублей осваивали — сейчас 12,5 миллиарда. А люди-то те же самые остались. Словом, главное, чтобы была грамотная профессиональная работа, тогда люди будут работать более эффективно.

— Истекшие четыре года со времени вступления в должность губернатора Иркутской области вместили в себя множество проблемных событий. Какое или какие из них оставили у вас самое сильное впечатление?

— Конечно, были за эти четыре года сложные ситуации, связанные с трагедиями людей, — особенно пожары 2016 и 2017 годов. Нынешний год — трагедия наводнения и одновременно — пожары. Когда что-то связано с драматическими, трагическими историями людскими — это всегда, знаете, шрам оставляет, рубец на сердце. Всё очень тяжело переживается, потому что всегда думаешь: а можно ли было как-то это предотвратить, если бы больше внимания уделил — то, наверное, трагедии могло не случиться. Стараешься проанализировать, насколько всё было правильно…

Я уже говорил, что для меня в начальный период было непонятным, почему раньше зарплату людям не выплачивали. Даже бюджетникам. Была задержка по нескольку месяцев в муниципалитетах, на региональном уровне. И мне просто непонятно, почему так было. Вот уже три года зарплату выплачиваем регулярно.

Вот что тогда ещё было для меня непонятным: почему Иркутская область не может себя кормить теми видами сельскохозяйственной продукции, которые у нас произрастают, — в данном случае речь не про бананы и ананасы, а про пшеницу, мясо, молоко, овощи. Почему не могли это сделать при всех наших ресурсах? Мы сделали за три-четыре года большие вложения в семеноводство, удобрения, химикаты, покупку сельскохозяйственной техники, инвестирование в сельхозпредприятия, строительство новых, сельхозпереработку, хранение, подработку семян. Нам это позволяет получить рекордный урожай зерновых. Рекордный! За постсоветское время такого урожая не было, какой область получит нынче: мы превысим 900 тысяч тонн зерна! И это в условиях, когда юг области тонул, а север — горел. И это происходило одновременно! Та задача, которая в нашей региональной пятилетке поставлена: достигнуть в ближайшие три года миллиона тонн, — выполняется. Несмотря ни на что. Вот вам плановый подход.

— Сергей Георгиевич, не всегда однозначно воспринимается разработанная по вашему поручению «Пятилетка КПРФ». Как символ социалистической экономики её считают несовместимой с олигархическим капитализмом. Можно ли подтвердить фактами, что задания иркутской «Пятилетки КПРФ» начинают приносить пользу нашему населению или пока рано?

— Пятилетний план мы разрабатывали полтора года. И ещё полгода мы согласовывали его в разных инстанциях. Я лично проехал по многим районам области, в которых мы собирали мэров, глав поселений, депутатов, руководителей предприятий, общественных организаций и объясняли, что такое Госплан. На этих встречах ни разу никто не сказал, что «Пятилетку» делать не надо или что в ней что-то неправильное. А теперь исподтишка можно рассказывать о том, что она чем-то плохая. Но я предпочитаю открытый разговор.

Мы настроены на то, чтобы руководители всех уровней и простые люди понимали, что их ждёт в течение ближайших лет, во что это конкретно выльется, кто ответственный. Наша беда в том, что мы разучились ставить цели и достигать их.

Мне недавно принесли книжку Анатолия Вассермана, которая называется «Почему капитализм хуже социализма». Это человек, который был либералом и антикоммунистом много лет. Причём книжка построена очень интересно: она состоит из его статей начиная с 1993 года. По ним можно отследить, как у него менялось постепенно сознание и он приходил к мысли, что нужен план, нужен социализм.

— В начале августа на пресс-конференции, посвящённой ликвидации последствий наводнения в западных районах Прибайкалья, вы сказали: «Чем больше проходит дней, тем чаще слышу слово «спасибо». А сейчас, в октябре, когда в том же Тулуне появились реальные результаты восстановления города, люди говорят вам «спасибо»?

— Конечно, говорят. Другое дело, что я не коллекционирую их, не в этом задача. В первые дни и недели главная задача была — обеспечить людей всем, что необходимо для жизни.

Сегодня задачи более долговременные, например, до холодов завершить капитальный ремонт в большинстве домов, добиться того, чтобы максимальное число людей приобрели себе жильё или заказали для стройки в любом месте, помочь людям приобрести на зиму запас продуктов. Сейчас сотни человек заказали себе строительство домов или квартир в подтопленных населённых пунктах. Они начинают думать, куда их дети или внуки в школу пойдут. Постепенно всё входит в свою колею.

Ныне регион и государство в целом оказывают беспрецедентную помощь пострадавшим от наводнения. Думаю, что наша помощь и наша организация работы станут примером для всей страны. Таких темпов восстановления не было никогда, хотя по масштабу наводнение превосходит все трагедии, которые были в России в последнее время.

— На выборах 2015 года вас активно поддержала молодёжь. Как вы оцениваете возможности и перспективы развития высшего образования в Иркутской области?

— Меня радует, что мы большинство высших учебных заведений сохранили, что нам это удалось сделать под эгидой того или иного учреждения. Как самостоятельные вузы мы потеряли Институт иностранных языков, Педагогический институт. В высшем образовании идут постоянно реформы, и я поставил задачу, чтобы они, по крайней мере, не влияли негативно на ситуацию. Везде мы договорились, я лично много раз встречался со всеми министрами, подведомственные вузы которых у нас есть. Со всеми нашёл общий язык о сохранении вузов.

Должен сказать об Иркутском государственном аграрном университете им. А.А. Ежевского, которому мы на днях открыли памятник в селе Шерагул Тулунского района. Вуз у нас был в долгах как в шелках, задолженность была около 500 миллионов рублей: и по зарплатам, и по коммунальным платежам, и по налогам. Ректор Юрий Вашукевич мне сообщил, что большинство из них закрыто при помощи министерства сельского хозяйства РФ. Сейчас мы наконец-то сможем думать о развитии вуза, а не о его сохранении.

Министерство здравоохранения каждый год увеличивает нам количество бюджетных мест для обучения медицинских кадров, которые распределяются в Иркутской области. Их число увеличено в два раза.

Мы распространяем систему целевого обучения, когда за человека платит муниципалитет. И я думаю, что молодой человек, выбирая свою будущую профессию, может знать, что будет в Иркутской области через пять лет, какие профессии будут нужны, и понимать, где он будет востребован здесь как специалист.

— Вы часто встречаетесь с жителями Иркутской области, знаете их нужды и надежды. Ваш предвыборный лозунг «Услышу голос каждого!» вошёл в практическую деятельность. Как сейчас выстраивается ваше общение с жителями, когда Иркутская государственная телерадиокомпания замалчивает вашу деятельность, а федеральные телеканалы льют грязь со своих экранов, выпуская по сотне сюжетов в месяц?

— Двести в неделю.

— Уже?

— Да, были случаи, что выходило по двести в неделю таких сюжетов по центральным каналам. Но телевизор мне в последнее время смотреть некогда. Какое-то влияние это на людей оказывает, но не на меня, потому что причину я знаю. За этим стоят те люди, которые с моим приходом лишились возможности доить бюджет, уходить от налогов, пользоваться природными ресурсами, ничего не давая региону и народу. Они привыкли к тому, чтобы диктовать органам власти свои желания. Я изменил подход: если вы здесь работаете, то должны заниматься созданием нормальных условий жизни для людей, должны платить налоги, как это положено по закону.

Даже в сегодняшнем законодательстве, которое часто справедливо критикуют, можно найти все рычаги для того, чтобы те, кому положено по закону, платили все налоги, а мы эти деньги направляем на нужды людей.

Я уже говорил, что бюджет в 2015 году был 97 миллиардов рублей, сейчас стал 213 миллиардов. А за это время экономика, конечно же, не шагнула в 2,5 раза. Хотя у нас темпы роста выше, чем в среднем по стране, но всё-таки не такие. Просто мы заставили многих работать по закону. И это кое-кому не нравится. Раньше была полная вольница: хочу — не плачу, хочу — плачу куда-нибудь в другое место. И все, кто имел раньше эту вольницу, хотят вернуть старое положение дел, платят за это деньги средствам массовой информации. Я, по большому счёту, ожидал этого, поэтому отношусь спокойно.

— Работа губернатором требует полной мобилизованности и самоотдачи. Удаётся ли найти время для семьи?

— Что касается такого сложного периода, как наводнение, то я больше двух месяцев прожил на затопленных территориях. Работал почти круглосуточно. Моя жена была почти всё время со мной, жила в гостинице. У меня был такой график: вечером в субботу я приезжал в Иркутск, в воскресенье проводил пресс-конференции, встречи, которые нельзя было отложить, подписывал самые важные документы и в воскресенье ночью уезжал обратно.

— Какие вы видите приоритеты в работе регионального правительства в оставшийся до выборов губернатора год?

— Приоритеты мы расставили в «Пятилетке», в стратегии социально-экономического развития Иркутской области до 2030 года, в национальных проектах. Но чрезвычайная ситуация сложилась, и нам пришлось восстановление затопленных территорий сделать приоритетом.

При этом 99% того, что было намечено до ЧС, выполняется и сейчас. Несмотря на трагедию, уровень исполнения у нас выше, чем по стране. Но одна из главных проблем — это кадровая. Мы можем говорить: давайте это сделаем, то сделаем. Но что если у нас подготовка кадров одна, а национальные проекты диктуют другой подбор профессий? Они же у нас не стыкуются сегодня. Мы же сегодня готовим юристов и экономистов, а тех, кто в цехах будут работать, где взять? Я недавно приезжал в одну из школ. «Спасибо, — мне говорят. — Вы нас компьютерами обеспечили». А я спрашиваю: «А у вас трактор есть?» — «Нет». — «А грузовичок хоть какой-нибудь?» — «Нет». — «А теплица при школе есть?» — «Нет». А это же сельская школа. Я собрал всех, говорю: «Вы что думаете, мы сельским профессиям в городе обучим? В городе из штанов выпрыгни — не получится». Конечно, нужно и современным цифровым технологиям обучать, но не за счёт того, чтобы пренебрегать обучением конкретным профессиям, с помощью которых создаются материальные средства.

На уровне региона мы уже привязали к задачам в Госплане трудовые, энергетические, природные, финансовые ресурсы. Буквально вчера вышла новая книга «Государство развития» — о нашем Госплане. Могу похвастаться, что благодаря ей я стал лауреатом Российской академии естественных наук. Всё-таки есть тяга у людей к прозрачному будущему: и у академиков есть, и у простых людей.

— Спасибо за конструктивную и полезную беседу, Сергей Георгиевич!

В разговоре принимали участие: секретарь Иркутского обкома КПРФ Сергей ЧУПРОВ, главный редактор газеты обкома КПРФ «Приангарье» Александр ГЛУШКОВ, заместитель руководителя интернет-сайта Иркутского областного отделения КПРФ Михаил СЕУРКО, член совета по партийной печати Иркутского обкома КПРФ Анатолий ХОТУЛЁВ.



Ваше Мнение

Как Вы считаете, уничтожил ли Путин систему олигархов у власти в России или одних олигархов заменил на других?

уничтожил - 4.4%
одни лица сменили другие - 95.6%

Всего голосов: 159
The voting for this poll has ended в: 31 Авг 2015 - 17:44

Вступить в ряды КПРФ

300px-dobrovolec_moor.jpg

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru