640001, г. Курган, ул. Коли Мяготина, д. 116, стр.1, тел.: 8-3522-26-13-02, kgorkom@mail.ru

Долголетие заслужил неустанным трудом

Советский министр Александр ЕЖЕВСКИЙ, отметивший свое 100 летие, в беседе с политическим обозревателем "Правды" Виктором КОЖЕМЯКО

Признаюсь, к этой встрече готовился с необыкновенным интересом. Ведь о значении Великой Октябрьской социалистической революции мне предстояло говорить на сей раз с человеком, который родился за два года до нее, то есть еще в царской России. А какая жизнь! Трудовой стаж у Александра Александровича Ежевского (работающего, кстати сказать, до сих пор) превысил 85 лет, и 26 из них он был членом Советского правительства.

Конкретизирую: с 1962 года - председатель Всесоюзного объединения "Союзсельхозтехника" Совета Министров СССР и затем Государственного комитета СССР по производственно-техническому обеспечению сельского хозяйства, а с 1980-го - министр тракторного и сельскохозяйственного машиностроения.

 Был в течение многих лет членом ЦК КПСС и депутатом Верховного Совета СССР. Герой Социалистического Труда, награжден четырьмя орденами Ленина и двумя орденами Трудового Красного Знамени.

"Вышли мы все из народа"

- Итак, дорогой Александр Александрович, родились вы 21 октября, а по новому стилю - 3 ноября 1915 года. И вскоре грянет Октябрьская революция. Скажите, что значила она лично для вас?

- Революция определила все в жизни моего поколения. Ну и в моей, конечно. Паренька из рабочей семьи подняла до министра! Причем не было в этом для нашего времени ничего удивительного. Скажем, друг моего детства Борька Зубарев, с которым вместе мы голубей гоняли, стал первым заместителем министра геологии СССР, заслуженным геологом России, трижды лауреатом Государственной премии Советского Союза...

Да вы посмотрите биографии всех советских руководителей - откуда они? В основном из рабочих и крестьян. Комсомол нас воспитывал, Коммунистическая партия растила и выдвигала.

- Давайте посмотрим, как складывалось у вас.

- Родом я иркутский. Когда окончил семилетку в 1930 году, решил идти на завод. Учеником токаря.

- А почему? Нужда в семье была?

- Нет, наверное, возобладало желание поскорее к взрослым приблизиться. Отец на этом предприятии токарем работал: крупнейший был тогда в Иркутске машиностроительный завод имени Куйбышева. Делали драги для золотодобычи. Но я не только специальность токаря по металлу здесь освоил, но и одновременно получил среднее образование, окончив вечерний рабфак. Новое это слово тоже было рождено революцией: Советская власть помогала рабочей молодежи овладевать знаниями.

- А вам хотелось учиться?

- Очень. Как и многих моих товарищей, особенно привлекало инженерное дело. На заводе довольно скоро я стал мастером механического цеха...

- Это во сколько же лет, если пришли вы сюда пятнадцатилетним?

- Восемнадцати, по-моему, еще не было.

- Вот уже когда заметили у вас организаторские способности.

- К любым способностям знания требуются. А тут страна такими стройками стала подниматься! Индустриализация - главный лозунг времени, и он как-то личностно до нас доходил. Дело огромное, общее, а стало быть, ты тоже должен в нем участвовать.

- Вы именно так это воспринимали?

- Примерно так. В 1933-м поступаю в Иркутский горно-металлургический институт. Но, представьте себе, уже после первого курса меняю направление. Дело в том, что к этому времени в Иркутском сельскохозяйственном институте открыли факультет механизации - для подготовки инженеров-механиков. И я решаю, что как раз это - мое.

- Перевелись туда?

- На второй курс. Считаю, выбор жизненный сделан мною был верно.

"Кадры решают все"

- В чем же верность этого вашего выбора? - Да в том, что я рожден был, наверное, для работы инженером-механиком, причем в первую очередь по сельскохозяйственным машинам. Вот говорят же: есть у человека призвание. Важно поточнее угадать его, чтобы и человеку, и делу было хорошо. Ну и осваивать профессию досконально. - Институт, где вы учились, способствовал этому?

- Весьма. Я с величайшей благодарностью вспоминаю, какое нам давали образование. И в советской школе, и в институте. Здесь у нас было отличное опытное хозяйство, где с первых курсов начиналась практика. При окончании вуза, кроме всего прочего, каждый из нас должен был иметь удостоверения шофера, тракториста и комбайнера. Мы выходили из института полноценными инженерами. Не то что сейчас...

- А что сейчас вам не нравится?

- Не приемлю эту так называемую Болонскую систему. Бакалавры, магистры... Бакалавр - это кто? Полуинженер? Приходит на производство и тычется, как недоучка.

Вообще, что это за манера обезьянья - копировать все оттуда, "из-за бугра"? Будто там и только там вся мудрость мира собрана, а мы сами ни на что не способны. Да, хорошему у других надо учиться, и в советское время мы учились. Но не хватали же подряд что попало. Вот, скажем, позорный ЕГЭ в школах - сколько от него вреда! И все это видят, многие осуждают, но господин Ливанов в своем министерском кресле неколебим.

- А советский опыт почти во всем стали отбрасывать. С презрением: "совковый". - Зато умные люди "за тем же бугром" нашим опытом пользовались и пользуются. Иду, например, по заводу японской фирмы "Камацу", и сопровождающий меня президент этой фирмы останавливается возле большого плаката. Переводчик по его просьбе читает по-русски: "Кадры решают все". Сталинская формула! Где она у нас сегодня? А там по-своему работала и работает. Есть система соревнования, лучших отмечают на Доске почета. Есть планирование, и даже рабочий имеет свой план на перспективу.

Словом, идет работа с людьми, с теми самыми кадрами. Понятно, все это на капиталистической основе. Однако рождено социализмом, у которого, надо же признать, колоссальные преимущества. Жизнь нам их за десятилетия убедительно продемонстрировала, и забывать этого никак нельзя. Не произошло бы в нашей стране социалистической революции - не было бы давно уже и самой страны.

Только благодаря советскому строю могли одолеть то, что одолели

- Между тем все последние годы народу нашему упорно внушают: история у него в советское время была какая-то "не такая". Если говорится о революции, то это лишь кровь и сплошная разруха; если, скажем, про 1930-е годы, - только повальные репрессии...

- Объективность требует правды. Октябрьская революция страну не разрушила, а, наоборот, заново объединила. На основе идеи справедливости был создан Советский Союз, одержавший Победу в величайшей войне. И 1930-е годы стали временем такого подъема, такого действительно всенародного энтузиазма, без которых к войне подготовиться мы бы не смогли.

Сколько всего успели за кратчайший срок создать! Не просто тысячи предприятий - множество совершенно новых для нас и жизненно необходимых отраслей: авиастроение, автомобилестроение, станкостроение, химическая промышленность...

- В том числе родные для вас тракторное и сельскохозяйственное машиностроение.

- Конечно. Вспомните: Ленин вскоре после Октября говорил, что, если дать селу сто тысяч тракторов, крестьянин скажет: "Я за коммунию". И эти тракторы, свои, отечественные, советская промышленность стала давать!

- Вместо дефицитных американских "фордзонов"...

- В 1939 году, заканчивая институтскую учебу, я готовил свой дипломный проект не где-нибудь, а на знаменитом уже к тому времени ЧТЗ - Челябинском тракторном заводе. Как и Сталинградский, Харьковский тракторные, был он детищем первых сталинских пятилеток, гордостью всей Советской страны. Эти заводы преобразили тогда труд в деревне. - Но скоро ЧТЗ станет ведь прославленным Танкоградом...

- Что ж, и на это был государственный расчет. И в фильме "Трактористы" главный герой не случайно по военной специальности - танкист. Напряженно страна трудилась, но это была и подготовка к защите, к отпору, "если завтра война". Так пелось в одной из наших песен.

- А тема вашего диплома какая была?

- Очень интересная: "Форсирование дизель-мотора для трактора "Сталинец-65". Замечу, что двумя годами ранее, в 1937-м, этот мощный советский дизельный трактор получил Гран-при на Всемирной выставке в Париже, а в годы моей учебы велось его серийное производство и дальнейшее совершенствование. Диплом я защитил на "отлично".

- И потом?

- Еще когда учился, я одновременно работал лаборантом, а затем ассистентом на кафедре тракторов и автомобилей. В результате меня оставили на преподавательской работе.

- Значит, способности проявили?

- Может быть. Не исключено, что нашел бы себя в науке. Но началась война, и теперь она диктовала главное.

- В очерке про вас я читал, что вы рвались на фронт, однако получили другое задание.

- Меня направили главным инженером ремонтно-прокатной базы на строительство № 12. Что за строительство? Оно относилось к особо важным военным стройкам. Дело в том, что единственная линия железной дороги, которая связывала тогда европейскую и восточную части страны, в районе Байкала проходит около 50 тоннелей. Попадет бомба в один из них или найдут враги какой-то другой способ подорвать тоннель - и вся восточная половина СССР окажется отрезанной. Чтобы этого избежать, и началось форсированное сооружение второго участка дороги, минуя берег Байкала. Я отвечал за работоспособность, обслуживание и ремонт всей строительной техники. - Можно представить, как тяжело приходилось...

- Нелегко. Но, я думаю, мало где было легче во время войны. Мне потом довелось возглавить новое автомобильно-сборочное производство, оперативно созданное по решению Государственного Комитета Обороны на базе авторемонтного завода в Иркутске. По ленд-лизу во Владивосток поступали узлы и агрегаты высокопроходимых трехосных машин - артиллерийских тягачей. А мы их срочно собирали и сразу же отправляли на фронт. Частично детали и самим приходилось изготавливать.

- Что запомнилось больше всего?

- Люди, настроение людей, их коллективизм и готовность одолеть все трудности. Только при таком настрое, в крепком единстве можно было справиться с поставленными задачами. Особенно если учесть, из кого мы наш коллектив создали. Представьте, это или совсем юные, несовершеннолетние ребята, которых пока не призвали в армию, или очень пожилые люди. На ходу шла техническая учеба, а работать приходилось до 12 - 15 часов в сутки: "Все для фронта, все для Победы!"

- Каким же образом удавалось настроение поднимать и поддерживать?

- Например, искусством. Над нами шефствовал коллектив Киевского театра оперы и балета имени Шевченко, эвакуированный в Иркутск. Изумительные концерты давали нам ведущие его солисты! Вот когда понял я, сколь велика сила музыки и пения, всей душой влюбился в романс, и теперь у меня собрана богатейшая коллекция грамзаписей.

- Но где нынче та традиция дружбы рабочих и художественных коллективов, которая обычной была в советское время?

- Тогда не просто провозглашалось, что искусство принадлежит народу, а так на самом деле и было. Врезалось в память, как мы с украинскими друзьями встречали 26-ю годовщину Великого Октября. Шел праздничный концерт, когда поступило сообщение: от фашистов освобождена столица Советской Украины - город Киев. И какое невероятное ликование началось в зале и на сцене! Торжество продолжалось до 8 часов утра следующего дня...

От сохи до космоса. А теперь?

- Александр Александрович, давайте обратимся к родной вашей отрасли - тракторостроению и сельскохозяйственному машиностроению. Наверное, здесь по-своему отразилось и то, чем стал для нашей страны Великий Октябрь, и к чему мы пришли, допустив уничтожение социализма?

- Конечно, отразилось. Вот мы справедливо говорили, что Октябрь поднял страну от сохи до космоса, это ведь совершенно точно. А у меня еще и личный показатель есть: от одной лошадиной силы до шестисот.

- В каком смысле?

- Мальчишкой на молотьбе гонял я по кругу лошадь, которая приводила молотилку в действие. А потом дожил до выпуска тракторов и комбайнов мощностью 600 лошадиных сил. Начинали в самом деле от сохи да конной молотилки. А в 1990 году в Советском Союзе действовали 14 тракторных заводов и было выпущено ими 550 тысяч тракторов; в РСФСР, то есть в России, - 214 тысяч. Звучит?

- Безусловно.

- А вот теперь скажу, сколько выпускается нынче. За прошлый год - всего 3 тысячи отечественных тракторов. В 70 раз меньше!

- Кошмар... Можно сказать, докатились.

- Именно. Из 14 заводов СССР, производивших тракторы (а все они были созданы, конечно, в советское время), 7 находились в Российской Федерации. И что же с ними произошло? Липецкий тракторный завод ликвидирован, Алтайский тракторный бульдозерами снесен...

- Тот, где после войны вы стали директором?

- Да-да, он самый... А Волгоградский тракторный, делавший в год 75 тысяч машин, в прошлом году выпустил... 10 сельскохозяйственных тракторов.

- Десять?!

- Я не оговорился. По существу нет Волгоградского тракторного. И Владимирский завод производство тракторов прекратил...

- Вы назвали четыре предприятия из семи. - Так ведь я же сказал: в 70 раз сократилось производство! Октябрь, Советская власть его создавали, страна во время пятилеток по-ударному строила эти заводы и по праву гордилась ими, а тут - под нож!

Жуткий этот перечень можно продолжать. Возьмем зерноуборочные комбайны. В 1990 году Советская Россия делала их 65 тысяч, а в прошлом году у нас выпущено 4 тысячи. Ликвидировано 10 заводов по производству комбайнов и прочих сельхозмашин - в Таганроге, Туле, Рязани, Люберцах и других городах. Закрыто крупнейшее между Уралом и Дальним Востоком предприятие - Красноярский комбайновый завод, выпускавший ежегодно до 25 тысяч комбайнов новейших типов.

- А почему он закрыт?

- Политика такая. Разрушено более 30 предприятий-изготовителей комплектующих изделий для тракторов и сельхозмашин. Подорвано моторостроение. Алтайский моторный завод, выпускавший в год до 156 тысяч двигателей, теперь дает штук 600, Волгоградский моторный остановлен. Почти полностью прекращено производство машин для животноводства.Ну и так далее. Слез не хватает... В Советском Союзе проводилась индустриализация, а в "новой России" - деиндустриализация.

- Было сказано: "рынок" все наладит.

- Вот он и наладил. Пустили все на распыл, на самотек, от планирования и регулирования отказались. А у "прихватизаторов", завладевших народным хозяйством, одна забота - прикарманить побольше да сплавить подальше.

- Ссылались, что качество нашей продукции не устраивает: дескать, будем закупать.

- То, что требовало улучшения, надо было улучшать, а не ломать. Но ведь мы, например, ежегодно экспортировали в США, Канаду, Францию и другие страны 56 тысяч тракторов - значит, наше качество их устраивало.

А возьмите станкостроение. Оно же было у нас на очень высоком уровне, и спрос был по всему миру. Но что сотворили? Если в 1990 году российское станкостроение дало 101 тысячу единиц оборудования, то в прошлом - 4 тысячи 100.

- Меньше в 25 раз!

- А если нет станков, так на чем работать? И подобная картина буквально во всем. Электронику подорвали, приборостроение - тоже, строительное и дорожное машиностроение сведены на нет...

Призывы не превращаются в дела

- Но когда-то, согласитесь, надо выходить из положения, которое вы обрисовали. Вот КПРФ ставит вопрос о новой индустриализации.

- Абсолютно верно ставит, я поддерживаю. Однако видим же, как трудно это пробивать. Стало быть, очень влиятельны силы, которые ничего такого не хотят, а потому всячески этому препятствуют.

Я выскажу главное свое наблюдение. "Сверху", от власти, говорятся иногда вроде бы правильные слова: модернизация, импортозамещение, конкурентоспособность, развитие высокотехнологичных отраслей промышленности, а не только добывающих и т.д. и т.п. Но слова-то остаются лишь словами! За ними не следует никаких дел. А один из моих любимых афоризмов такой: "Грамм активных действий перевесит тонну призывов".

Нет действий, чтобы призывы превращались в дела. Нет дисциплины и ответственности, организованности и спроса. Как-то сказал, например, президент о необходимости повысить производительность труда в два раза, но далее, по-моему, ничего не последовало. А сколько, согласно установке президента, должно было появиться у нас новыхэффективных рабочих мест? Это почти все, наверное, уже и забыли...

- Интересен в связи с темой ответственности эпизод из ваших воспоминаний, как позвонил вам на Алтайский тракторный завод сам Сталин.

- Да, это было в 1952 году, я там директором работал. Ночной звонок и короткий разговор. Сталин сказал: "Товарищ Шаяхметов (первый секретарь ЦК Компартии Казахстана) просит поскорее отгрузить тракторы, которые ему полагаются". Мобилизовались мы и выполнили меньше чем за двое суток.

Дисциплина была. И держалась она не просто на страхе, как нынче изображают, а на глубоком чувстве ответственности. Ведь коллектив того же Алтайского тракторного, которым я руководил, без остановки производства даже на день и не снижая план, сумел в течение одного года перейти с керосинового трактора на дизельный ДТ-54. Уникальная была выполнена задача! И новый трактор участвовал в подъеме целины.

- А вас направили директором на "Ростсельмаш", находившийся в прорыве.

- Дело нормальное. Когда посылали на сложнейший участок, это было самой высокой оценкой предыдущего твоего труда. - Извините, Александр Александрович, но я вернусь к заботам сегодняшним. Вы наглядно представили провал отрасли, подъему которой была посвящена почти вся ваша жизнь. И что же? Неужели не пытались вы как-то повлиять на ситуацию, чтобы ее изменить?

- Обижаете. Все эти годы только и делал, что пытался. Сам анализировал и писал предложения в наивысшие инстанции. Потом организовался у нас свой Совет Министров, а точнее - Совет министров-ветеранов СССР и РСФСР, так его авторитет я тоже подключил. Короче, видите вот эту толстенную папку?

- Вижу.

- В ней обращения к руководству страны - к президентам и главам правительства разного времени, к председателям Госдумы и Совета Федерации - все по вопросам сельхозмашиностроения. С начала 1990-х годов.

- А в ответ?

- Ответы тоже здесь. Восемнадцать поручений и постановлений на самом высоком уровне. Восемнадцать! И ни одно не выполнено.

- Можно эти резолюции посмотреть?

- Разумеется.

- "Поручение Б.Н. Ельцина 25 апреля 1994 г. Черномырдину. Обстановка, сложившаяся в сельхозмашиностроении, требует принятия срочных мер". И после этого - ничего?

- Ровным счетом.

- Документ второй: постановление Совета Федерации Федерального собрания 2 июня 1994 года "О кризисе производства в сельхозмашиностроении".

- Тоже ничего не последовало.

- Третье: постановление Госдумы 21 марта 1997 года "О катастрофическом положении в агропромышленном комплексе Российской Федерации"...

- Если положение катастрофическое, чрезвычайные меры надо принимать. Так ведь? Но нет, опять все на месте.

- Дальше вижу в подписях фамилии Касьянова, Медведева, Путина...

- А результат один и тот же. Никакой. Бьемся, как об стену горох. И возникает подчас ощущение безысходности.

Оно возникает еще и потому, что никто в стране, по-моему, не знает, куда мы плывем. Раньше строили социализм, коммунизм, то есть была в обществе большая и ясная цель, объединявшая всех. А сейчас? Что теперь мы строим? Что должно нас объединять и вдохновлять? Я говорю так: если нет цели, то и попутный ветер не поможет.

К вопросу о справедливости

- О сплочении общества, о необходимости его единства много призывов раздается. Вот недавно Путин опять сказал: "Когда мы были едины, то способны были на яркие и большие свершения". Но когда это было? И возможно ли единство при нынешнем классовом, имущественном разрыве? С одной стороны - дерипаски и абрамовичи со своими миллиардами, захватившие народную собственность, а с другой - те, кто на них работает, получая нередко буквально гроши...

- Вот это, прямо скажу, больше всего меня волнует: вопрос справедливости. Ведь и Октябрьская революция вызвана была невозможностью дальше терпеть такой же контраст между господами и трудовой массой. Рабоче-крестьянское правительство должно было покончить с этим.

- Вы были министром. Это, как нынче выражаются, вершина правящей элиты. Сколько получали в сравнении, скажем, с рабочим?

- Моя зарплата была 800 рублей в месяц, а у квалифицированного рабочего - 200. То есть разница в 4 раза.

- А что теперь?

- Мне известны такие факты. Директор завода получает ежемесячно 3 миллиона, а рабочие в среднем - 30 тысяч. Тут уже разрыв в 100 раз. Ну а насчет "Роснефти" было сообщение, что у рабочего ежедневный заработок тысяча рублей, а у начальника - аж миллион...

- Вопиющая несправедливость!

- И самое главное: не хотят это менять. Ничего не предпринимается, чтобы хоть в какой-то мере поправить положение. Плоская шкала налогов - это в корне неправильно. Однако сколько бьется КПРФ, да все понапрасну. То же самое с национализацией природных ресурсов, которые, ясное дело, не могут быть в распоряжении нескольких человек.

- Как вы думаете, а возможен ли по-настоящему патриотизм, о котором сейчас много начали говорить, когда у нас такие контрасты в обществе?

- Сомнительно. Нам удалось пережить даже самые трудные времена именно потому, что ничего подобного не было. И сегодня справедливость нужна также при оценке нашего советского прошлого, которое подвергается невероятной клевете. Я уже говорил, что недостатки у нас, конечно, были, социализм наш надо было совершенствовать, но перечеркивать его и все колоссальные достижения, которые он нам дал, недопустимо. Великое прошлое освещает будущее.

- А вы замечаете, что вот советское время ругают изо всех сил, но страна-то живет в основном на созданном, открытом и освоенном в те годы?

- На советском багаже едем! Сами за четверть века мало что создали. Даже оборудование на предприятиях, которые сохранились, в основном с тех времен. Активные производственные фонды устарели на 50 процентов, а в обрабатывающей промышленности - на 70! И знаете, на сколько за год обновляется оборудование?

- На сколько?

- На 0,7 процента! По-моему, этого в мире нигде нет. Не удивительно, что по валовому внутреннему продукту на душу населения мы оказались нынче на 79-м месте.

В отставку не собирается

- И все-таки, сколь ни велики груз проблем и тяжесть потерь, Александр Ежевский остается образцом жизнеутверждающего оптимизма, потрясающего трудолюбия и невероятной самоотдачи. Если кто-то не знает ваш возраст, ни за что не поверит, что этому энергичному, стройному человеку - 101-й год.

- Тем не менее факт...

- И вы каждый день здесь, на рабочем месте: главный научный сотрудник Всероссийского научно-исследовательского технологического института ремонта и эксплуатации машинно-тракторного парка.

- Мы называем его кратко: ГОСНИТИ. В далеком 1962-м я участвовал в организации этого института, а теперь с радостью в нем тружусь.

- Да, мне сказали, что не просто числитесь.

- Просто числиться - не для меня.

Есть, например, важное дело: следить за новым опытом в отрасли, обобщать, что ценного появляется у сельхозмашиностроителей разных стран. Когда-то же, я верю, и мы нашу отрасль возродим. Вот летаю на международные выставки, изучаю там новейшие достижения, а потом пишу книги.

- Нелегко летать?

- Нормально. Каждый год осенью обязательно бываю в родной Иркутской области. Первый секретарь обкома КПРФ, а теперь и губернатор Сергей Георгиевич Левченко давно начал проводить здесь праздник встречи поколений. Очень интересно бывает! Ездим по области, встречаемся с пионерами, комсомольцами, массу вопросов они задают...

Кстати, земляки в преддверии юбилея сюрприз мне преподнесли: мое имя присвоено Иркутскому государственному аграрному университету. При жизни такое редко случается. Приятно.

В прошлом году замечательная выдалась у меня поездка и на "Ростсельмаш", где, если помните, был я в свое время директором. Они сделали хороший новый комбайн, который с превеликим удовольствием я испытал: самолично за рулем скосил два гектара.

- Когда перед этой нашей встречей несколько дней я звонил сюда, никак не удавалось вас застать. Отвечали: "В Общественной палате... В Госдуме... В МАМИ..."

- МАМИ - это Московский государственный машиностроительный университет. Я там почетный профессор. Приходится выступать.

- Откуда силы для стольких дел, Александр Александрович?

- Труд ради людей дает силы и продлевает жизнь. Я говорю, что жизнь как велосипед. Крутишь педали - едешь, перестал крутить - упал. Движение, движение, движение! Со студенчества я был заядлым танцором: чечетка, "яблочко", "барыня" - много чего и сейчас могу сплясать. От метро до работы и обратно хожу только пешком. А еще любимая музыка, романсы помогают быть в форме...

В отставку пока не собираюсь.



Ваше Мнение

Как Вы считаете, уничтожил ли Путин систему олигархов у власти в России или одних олигархов заменил на других?

уничтожил - 4.4%
одни лица сменили другие - 95.6%

Всего голосов: 159
The voting for this poll has ended в: 31 Авг 2015 - 17:44

Вступить в ряды КПРФ

300px-dobrovolec_moor.jpg

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru